=
=


ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ТИТАНЫ ЗАНЯТЫ ПРИВАТИЗАЦИЕЙ НАШИХ ДАННЫХ

Tech titans are busy privatising our data

Сен 05, 2016
Евгений МОРОЗОВ (Evgeny MOROZOV)

Когда Facebook и Google, наконец, уничтожат конкуренцию, наступит новый век феодализма.

Мы вновь столкнулись с еще одним технологическим пузырем? Или, выражаясь языком Силиконовой долины, почему «единорогие» стартапы чаще всего рождают зомби?

По большому счету, от того как вы отвечаете на эти вопросы зависит, на что вы делаете ставку при нынешнем общем состояния здоровья мировой экономики. Некоторые, вроде видного венчурного капиталиста Питера Тиля (Peter Thiel), утверждают, что практически всё — от публичных компаний до государственных облигаций — уже сильно переоценено. Выбора не так уж много: либо придерживаться ликвидности, но с низким уровнем доходности от вложений в наличных деньгах, либо идти на неликвидные, но потенциально очень прибыльные инвестиции в стартапы.

Если это правда, то это хорошая новость для Тиля и его коллег, особенно, в период отрицательных процентных ставок. А для остальных из нас? Ну, мы, вероятно, обречены.

Интереснейший финансовый блог Alphaville в журнале Financial Times, не похожий на стандартный бастион технофобии и критики капитализма, уже в течение нескольких месяцев все сильнее проявляет интерес к влиянию Силиконовой долины на остальную экономику. Авторы блога утверждают, что несмотря на высокопарные разговоры о высочайшей открытости информации, выстроенная лидирующими технологическими компаниями модель информационного бизнеса, на самом деле, искажает механизм функционирования рынков, лишая их важнейшей информации, которая необходима для эффективного распределения ресурсов.

Почему так происходит? Пока информация — топливо для рекламного рынка — является источником их прибыли, технологические компании с радостью предлагают услуги и товары, дающие даже больше информации, по щедро субсидированным тарифам. В перспективе это могут быть абсолютно любые товары и услуги: они могут начать с интернет-браузера и социальной сети, но они также с удовольствием будут следить, как мы обучаемся, едим, водим автомобиль и даже занимаемся любовью. Всё это лишь информация, а информация — это деньги.

При всех этих субсидиях трудно распознать реальную стоимость предлагаемых товаров и услуг. Пока эти компании переступают пределы наших браузеров и смарфонов, вторгаются в наши дома, автомобили и наши тела, следует ожидать еще большего искажения ценовых сигналов.

Один из ведущих авторов в Alphaville Изабелла Каминска (Izabella Kaminska) даже считает, что мы столкнулись с Госпланом 2.0 — системой, похожей на советскую, где технократическая верхушка, купаясь в деньгах отчаянных инвесторов, вкладывает деньги, основываясь на чисто субъективных критериях, предпочитая одни группы товаров другим, используя выручку от собственного рекламного бизнеса, чтобы спонсировать специфичные авантюрные проекты сомнительной значимости для населения.

В результате, технологические компании сбивают с курса и правительства, и рынки: Google и Facebook проникают в каждую сферу деятельности своими чувствительными щупальцами и утверждают, что лучше всех знают, как заработать деньги и как потратить их на благо человечества.

При имеющемся раскладе вполне вероятно, что Google, Facebook и остальные фирмы в конце концов врастут в базовую инфраструктуру, с помощью которой функционирует весь мир. Сделав это, они с восторгом будут купаться под информационным дождем. Остальные компании будут вынуждены сосредоточиться на товарах роскоши, вроде Apple. Для мировой экономики это очень плохая новость: не каждая фирма может или обязана быть Ferrari или Apple.

Однако это может оказаться наименьшей нашей проблемой ввиду того, что останется на уровне самых базовых инфраструктурных услуг в долгосрочной перспективе, потому что обещанное Силиконовой долиной чудесное субсидированное рекламой будущее кажется наиболее сомнительным.

Каминска предупреждает, что «замедление темпов глобализации, мировой торговли и роста», возможно, наконец, раскроет истинную стоимость услуг, которыми мы пользуемся. Но на горизонте маячит еще более существенная опасность: возможный распад рекламного рынка — той области, которая считается вечной, как сам Господь Бог.

Подумайте, насколько разумно при окружающей нас дестабилизации ожидать, что реклама будет и впредь курицей, несущей золотые яйца, которая поможет обеспечить Шри-Ланку и Индию бесплатным интернетом и даст возможность миллионам людей использовать электронную почту и интернет-поиск бесплатно?

Если программное обеспечение действительно поглощает мир, этот самый мир, безусловно, состоит из компаний, банков, отелей, газет. Насколько вероятно, что у них будут деньги на рекламу, да еще и при использовании программ, которые фактически едят их живьем? Особенно когда даже наиболее технологически продвинутые любимцы инвесторов — BuzzFeed недавно опубликовала упущенные планы по доходам — теряют деньги, пока такие платформы, как Facebook богатеют?

В Силиконовой долине к рекламе всегда относились с пренебрежением. Она чересчур пошлая, чересчур неэффективная, слишком громко напоминает о связях технологий с обычным капитализмом. На раннем этапе основатели Google Сергей Брин (Sergey Brin) и Ларри Пейдж (Larry Page) написали научную статью, изобличающую то, как реклама могла бы повлиять на их поисковик. Основатель Facebook и поклонник дзэна с десятками одинаковых серых футболок в шкафу Марк Цукерберг (Mark Zuckerberg) тоже не кажется большим любителем рекламы. Реклама, возможно, является всего лишь необходимым злом для того, чтобы поставить эти компании на ноги, но нет никаких причин пользоваться ей и дальше, особенно если и когда они в состоянии уничтожить всю конкуренцию и поставить мир в зависимость от их платформ.

Как только это произойдёт, они смогут прекратить субсидирование и просто начать брать плату за предлагаемые ими услуги. Фактически, поскольку многие стартапы основаны на криптовалюте Биткойн, а технология Блокчейн погрязла в микроплатежах, они хотят, чтобы пользователи платили за все — от отправки электронных писем до посещений вебсайтов и, в конечном итоге, даже за дыхание и моргание. Старшее поколение платформ, таких как Google и Facebook, могут быть просто вынуждены пойти этим путем, особенно, когда обнаружат, что рекламного рынка уже нет и вся собираемая ими информация почти ничего не стоит, а значит и активы в их балансовом отчете в реальности не существуют.

Решение, предложенное Financial Times, — «ликвидация маленьких командных экономик, которые взаимосубсидируют корпорации в нашей системе» — невозможно реализовать при сегодняшнем политическом положении. «Маленькие командные экономики» также спокойно организовывают централизованный сбор ценных сведений о национальной безопасности. Они выполняют некоторые базовые социально полезные функции с помощью того самого жёстко критикуемого взаимосубсидирования. Похоже, государство предпочитает использовать именно их как средство для запуска авантюрных инновационных проектов.

Оборотная сторона этого — если не принимать в расчет катастрофу в сфере защиты личной информации — им почти не нужно платить налоги. Их страсть к авантюрным проектам подрывает любые попытки государства поддержать инновации. Их политика, направленная на социальную помощь, не может длиться вечно. На деле, она, вероятнее всего, превратится в сверх-современную форму феодализма, в результате чего те из нас, кто застрянет в их инфраструктуре, будут вынуждены платить за пользование любым устройством с монитором и кнопками — по меньшей мере, это будет так же легко, как и пользоваться своим проездным!

Журналисты Financial Times сразу признали Госплан 2.0 несостоятельным, что и следовало ожидать, ввиду их любви к свободным рынкам. Но мы не видим причины, почему Госплан 2.0 обязан следовать корпоратистской модели, которая ставит технологические фирмы во главе всех важных решений в экономике. Существует другой Госплан 2.0, который использует все датчики, алгоритмы, базы данных и координацию совместных действий в режиме реального времени, чтобы предложить народу услуги, работающие вне самой ценовой системы.

Проблема с Google не в том, что они считают себя более эффективным устройством, чем рынок, — главный теоретик неолиберализма Фридрих Хайек (Friedrich Hayek) полагал, что рынок это лишь компьютер, способный обработать и объединить все ценовые сигналы для того, чтобы добиться оптимальной цены, и что у центрального плановиков отсутствовал доступ к такому компьютеру — а в том, что все усилия по оптимизации нацелены на достижение одной единственной цели увеличения прибыли.

Google может доказать, что Хайек был не прав, а его многочисленные оппоненты, особенно польский экономист Оскар Ланге (Oskar Lange), правы: при достаточной информации и возможности взаимодействия в режиме реального времени, можно получить устройство лучшее, чем рынок.

Таким образом, важнейшая задача политики — использовать информацию для увеличения благосостояния общества и не позволить Силиконовой долине привести общество к новой форме феодализма, при которой беспорядочная приватизация данных последних нескольких десятков лет будет выглядеть как социализм.

Источник: The Guardian

Перевод: Natalia Kliminskaya

  • Комментарии
  • Мнения
Комментировать могут зарегистрированные пользователи
Мнений пока нет

Новости

ТОП-10

Цитаты знаменитых европейцев

Вы хотите узнать, надежны ли ваши друзья? Для сего надобно оказаться в несчастии.
Наполеон I Бонапарт

Вход на сайт

Форма регистрации

Когда Facebook и Google, наконец, уничтожат конкуренцию, наступит новый век феодализма